ИСКУССТВО УРАЛА

Евгений Алексеев
Автор
Евгений Алексеев

ИСКУССТВО УРАЛА 1920 – 1930-Х ГОДОВ.

Пейзажная живопись: противостояние с идеологической системой.

В разнообразной культурной жизни Урала 1920-х годов, несмотря на смену привычных ориентиров, подходов и оценок, Леонард Туржанский (1874 – 1945) был мастером уважаемым и любимым. Уроженец Екатеринбурга, ученик Константина Коровина и Валентина Серова, он еще в период обучения в Московском училище живописи, ваяния и зодчества добился известности в кругах столичных деятелей искусства. Безошибочное чувство цветовых отношений, широкая и смелая живописная манера Леонарда Викторовича отмечалась критиками и коллегами по художественному цеху. «Он так пишет землю, что бери лопату и копай!» – восхищался живописью своего ученика Константин Коровин. Пейзажи Туржанского, написанные во время творческой поездки на Русский Север, экспонировались на выставках Товарищества передвижников, а затем были приобретены для Третьяковской галереи. Мастер не забыл родной город и регулярно приезжал в Екатеринбург, а в 1912 году приобрел в селе Малый Исток деревенский дом, в котором организовал мастерскую. Из года в год художник работал в Малом Истоке с ранней весны до поздней осени. Его написанным на пленэре картинам не свойственны графическая сухость, декоративная театральность или романтическая экзотика. Он в стороне от бойких проспектов, от сутолоки и делового шума городского центра, окраины – вот, что, по его мнению, выражает суть человеческой жизни. Вязкая екатеринбургская грязь, буйные растрепанные сорняки, вековая пыль, выросшие среди грязи, сорняков и пыли строения да плотное уральское небо – все значительно и мощно, все активно впитывает солнечный свет и воздух, во всем чувствуется спокойный и мудрый человеческий взгляд. «Певец околицы» не изменял себе и в советское время. В 1919 – 1920 годах он, правда, преподавал в Екатеринбургских Свободных государственных художественных мастерских и по заказу новых властей создавал агитационную продукцию, но довольно быстро отошел от официальной линии, вернувшись к близкой ему живописной системе.

Леонард Туржанский. Портрет молодого человека. 1921

Среди работ Леонарда Туржанского 1920-х годов выделяется изысканный «Портрет молодого человека» (1921), с характерными пастозными мазками и пластической мягкостью образа. Задумчивый юноша написан артистично легко, но продуманная выстроенная цветовая гамма создает выразительность классического портрета. 

Леонард Туржанский. Весна. Пейзаж с курами. 1928

Одно из лучших произведений мастера представленного десятилетия – «Весна. Пейзаж с курами» (1928). Не декоративные эффекты, а точно выверенные тоновые отношения создают праздничный настрой в непритязательном, на первый взгляд, натурном мотиве. Плотный тающий снег, островки влажной земли, покосившаяся изгородь, низенькие избенки, копошащиеся курицы – все привычно зрителю, но все предстает в каком-то новом свете, все пронизано особой весенней свежестью и убеждает в красоте обыденности. Работы «Усадебный дом» (1920-е) и «Вешние воды» (1927) демонстрируют другую грань дарования Туржанского: его острое чувство декоративности, основанное на цветовых контрастах и выразительной фактурности.

В доме-мастерской Туржанского в Малом Истоке учились Иван Слюсарев, Николай Сазонов, Александр Минеев, Олег Бернгард и многие другие уральские художники. Совместная работа на пленэре помогала молодым живописцам понять «правду тона» и значение колористической выразительности. «Отцом Леонардом» называли его друзья-ученики, и в период жестких идеологических рамок и плакатных образов он, без прямого противостояния с властью, отстаивал право художника на творческую независимость.

Продолжателем живописной стилистики Туржанского стал Иван Слюсарев (1886 – 1962). Выходец из крестьянской среды, он испытал немало трудностей, прежде чем стал учеником Екатеринбургской художественно-промышленной школы. Его не удовлетворяло то, что в педагогическом процессе акцент делался на подготовку мастеров декоративно-прикладного искусства, а такой важный для него предмет, как «живопись», был не предусмотрен учебной программой. Знакомство с Туржанским переросло в дружбу, и способный молодой художник приобщился к новаторской живописной системе. 1920-е годы стали для Слюсарева временем расцвета его таланта. Он пробовал работать в технике офорта, создав целый ряд пейзажей («Две сосны», «Пейзаж у озера») и «Автопортрет», но наибольших успехов добился в живописных этюдах. Часто небольшого размера, написанные за один сеанс, они радовали зрителей свежестью цветовых отношений, а критики отмечали, что Слюсарев – «испытанный мастер, с твердой уверенной кистью и мягкой душой созерцателя». Художник много путешествовал по Среднему и Южному Уралу, выполнял излюбленные мотивы «Вечернее настроение», «Утро в лесу», «Солнечный пригорок», писал целые серии, посвященные реке Чусовой или Златоустовскому заводу. Он изобретателен и разнообразен, импрессионистические приемы («Снопы», «К весне», «Летний пейзаж») соседствовали с более декоративным подходом («Натюрморт с черепами», «Пещера на Бакале»). 

Герман Мелентьев. Строительство нового поселка. 1935

В 1930-х годах власть активно навязывала художникам темы «производственного труда» и «свершений новой советской эпохи», а потому официальные критики объявили пейзажную живопись вредной: «Безыдейный слащавый пейзаж занял на выставке главное место. Художники остались глухи к требованиям общественности, или еще хуже – они не в силах вырваться из круга обывательской ограниченности. Они – мертвые песни поют…». Мастера пейзажа искренне желали включиться в процесс «идеологической перековки» и представить на своих полотнах социалистическое строительство. Так, Туржанский пишет в картине «Новый Свердловск» (ЕМИИ) конструктивистские здания, Иван Слюсарев изображает производственный процесс на Златоустовском металлургическом заводе (1936), а Герман Мелентьев (1888 – 1967), прошедший серьезную школу Николая Фешина, – этюд «Строительство нового поселка» (1935). Чиновники «от искусства» не оценили колористические достоинства представленных произведений, им была нужна примитивная плакатная агитка и готовность подражать официальным образцам. К «перековке» местных мастеров привлекались столичные мэтры. Бригады московских и ленинградских художников приезжали на Уралмаш, работали на строительстве Магнитогорска и Березниковского химического комбината. Уральские живописцы следовали их примеру, демонстрируя портреты ударников труда и виды заводов. В то же время, несмотря на идеологическое давление, лирический пейзаж присутствует на всех уральских художественных выставках, и любим уставшими от плакатной пропаганды зрителями. Уральские виды пишут приезжие мастера Василий Рождественский, Роман Семашкевич, Серафима Рянгина. Регулярно демонстрирует высокий класс Леонард Туржанский. Зрелый мастер, он в работе «Октябрь. Первый снег» (1932) минималистическими средствами добивается пластической убедительности. Развивает свое колористическое дарование Иван Слюсарев. Рядом с крупными холстами, написанными на заказ, такими как «Открытие трамвайного парка в Свердловске», он пишет эпические образы родной природы («Изба на пригорке», «Вид на Зигальгу с горы Иркустан», «На горе Таганай. Замшелые камни») или добивается точной передачи световоздушной среды («Первый снег», «Камни у воды», «Март. Лунная ночь»). 

Виктор Зинов. Пионерка. 1930-е

Уроки Туржанского и Слюсарева влияют на творческое становление Виктора Зинова (1908 – 1991). В натурном этюде «Пионерка» молодой художник уже демонстрирует желание добиваться колористической выразительности и «правды тона». 

Пейзаж стал своеобразной «отдушиной» для уральских художников в это сложное для изобразительного искусства время. Этот жанр, наиболее развитый в уральском искусстве 1920-х – 1930-х гг., позволял многим на время «улизнуть» от социального заказа. Неисчерпаемое разнообразие сюжетов, тем, состояний позволяло экспериментировать с цветом и композицией, работать в различных техниках и приемах. Несомненно, что именно пейзаж во многом спас уральскую живопись, сохранив художественные традиции и дух творчества для последующих десятилетий. 

 

ИСКУССТВО УРАЛА 1920 – 1930-Х ГОДОВ.

Пейзажная живопись: противостояние с идеологической системой.

В разнообразной культурной жизни Урала 1920-х годов, несмотря на смену привычных ориентиров, подходов и оценок, Леонард Туржанский (1874 – 1945) был мастером уважаемым и любимым. Уроженец Екатеринбурга, ученик Константина Коровина и Валентина Серова, он еще в период обучения в Московском училище живописи, ваяния и зодчества добился известности в кругах столичных деятелей искусства. Безошибочное чувство цветовых отношений, широкая и смелая живописная манера Леонарда Викторовича отмечалась критиками и коллегами по художественному цеху. «Он так пишет землю, что бери лопату и копай!» – восхищался живописью своего ученика Константин Коровин. Пейзажи Туржанского, написанные во время творческой поездки на Русский Север, экспонировались на выставках Товарищества передвижников, а затем были приобретены для Третьяковской галереи. Мастер не забыл родной город и регулярно приезжал в Екатеринбург, а в 1912 году приобрел в селе Малый Исток деревенский дом, в котором организовал мастерскую. Из года в год художник работал в Малом Истоке с ранней весны до поздней осени. Его написанным на пленэре картинам не свойственны графическая сухость, декоративная театральность или романтическая экзотика. Он в стороне от бойких проспектов, от сутолоки и делового шума городского центра, окраины – вот, что, по его мнению, выражает суть человеческой жизни. Вязкая екатеринбургская грязь, буйные растрепанные сорняки, вековая пыль, выросшие среди грязи, сорняков и пыли строения да плотное уральское небо – все значительно и мощно, все активно впитывает солнечный свет и воздух, во всем чувствуется спокойный и мудрый человеческий взгляд. «Певец околицы» не изменял себе и в советское время. В 1919 – 1920 годах он, правда, преподавал в Екатеринбургских Свободных государственных художественных мастерских и по заказу новых властей создавал агитационную продукцию, но довольно быстро отошел от официальной линии, вернувшись к близкой ему живописной системе.

Среди работ Леонарда Туржанского 1920-х годов выделяется изысканный «Портрет молодого человека» (1921), с характерными пастозными мазками и пластической мягкостью образа. Задумчивый юноша написан артистично легко, но продуманная выстроенная цветовая гамма создает выразительность классического портрета. 

Одно из лучших произведений мастера представленного десятилетия – «Весна. Пейзаж с курами» (1928). Не декоративные эффекты, а точно выверенные тоновые отношения создают праздничный настрой в непритязательном, на первый взгляд, натурном мотиве. Плотный тающий снег, островки влажной земли, покосившаяся изгородь, низенькие избенки, копошащиеся курицы – все привычно зрителю, но все предстает в каком-то новом свете, все пронизано особой весенней свежестью и убеждает в красоте обыденности. Работы «Усадебный дом» (1920-е) и «Вешние воды» (1927) демонстрируют другую грань дарования Туржанского: его острое чувство декоративности, основанное на цветовых контрастах и выразительной фактурности.

В доме-мастерской Туржанского в Малом Истоке учились Иван Слюсарев, Николай Сазонов, Александр Минеев, Олег Бернгард и многие другие уральские художники. Совместная работа на пленэре помогала молодым живописцам понять «правду тона» и значение колористической выразительности. «Отцом Леонардом» называли его друзья-ученики, и в период жестких идеологических рамок и плакатных образов он, без прямого противостояния с властью, отстаивал право художника на творческую независимость.

Продолжателем живописной стилистики Туржанского стал Иван Слюсарев (1886 – 1962). Выходец из крестьянской среды, он испытал немало трудностей, прежде чем стал учеником Екатеринбургской художественно-промышленной школы. Его не удовлетворяло то, что в педагогическом процессе акцент делался на подготовку мастеров декоративно-прикладного искусства, а такой важный для него предмет, как «живопись», был не предусмотрен учебной программой. Знакомство с Туржанским переросло в дружбу, и способный молодой художник приобщился к новаторской живописной системе. 1920-е годы стали для Слюсарева временем расцвета его таланта. Он пробовал работать в технике офорта, создав целый ряд пейзажей («Две сосны», «Пейзаж у озера») и «Автопортрет», но наибольших успехов добился в живописных этюдах. Часто небольшого размера, написанные за один сеанс, они радовали зрителей свежестью цветовых отношений, а критики отмечали, что Слюсарев – «испытанный мастер, с твердой уверенной кистью и мягкой душой созерцателя». Художник много путешествовал по Среднему и Южному Уралу, выполнял излюбленные мотивы «Вечернее настроение», «Утро в лесу», «Солнечный пригорок», писал целые серии, посвященные реке Чусовой или Златоустовскому заводу. Он изобретателен и разнообразен, импрессионистические приемы («Снопы», «К весне», «Летний пейзаж») соседствовали с более декоративным подходом («Натюрморт с черепами», «Пещера на Бакале»). 

В 1930-х годах власть активно навязывала художникам темы «производственного труда» и «свершений новой советской эпохи», а потому официальные критики объявили пейзажную живопись вредной: «Безыдейный слащавый пейзаж занял на выставке главное место. Художники остались глухи к требованиям общественности, или еще хуже – они не в силах вырваться из круга обывательской ограниченности. Они – мертвые песни поют…». Мастера пейзажа искренне желали включиться в процесс «идеологической перековки» и представить на своих полотнах социалистическое строительство. Так, Туржанский пишет в картине «Новый Свердловск» (ЕМИИ) конструктивистские здания, Иван Слюсарев изображает производственный процесс на Златоустовском металлургическом заводе (1936), а Герман Мелентьев (1888 – 1967), прошедший серьезную школу Николая Фешина, – этюд «Строительство нового поселка» (1935). Чиновники «от искусства» не оценили колористические достоинства представленных произведений, им была нужна примитивная плакатная агитка и готовность подражать официальным образцам. К «перековке» местных мастеров привлекались столичные мэтры. Бригады московских и ленинградских художников приезжали на Уралмаш, работали на строительстве Магнитогорска и Березниковского химического комбината. Уральские живописцы следовали их примеру, демонстрируя портреты ударников труда и виды заводов. В то же время, несмотря на идеологическое давление, лирический пейзаж присутствует на всех уральских художественных выставках, и любим уставшими от плакатной пропаганды зрителями. Уральские виды пишут приезжие мастера Василий Рождественский, Роман Семашкевич, Серафима Рянгина. Регулярно демонстрирует высокий класс Леонард Туржанский. Зрелый мастер, он в работе «Октябрь. Первый снег» (1932) минималистическими средствами добивается пластической убедительности. Развивает свое колористическое дарование Иван Слюсарев. Рядом с крупными холстами, написанными на заказ, такими как «Открытие трамвайного парка в Свердловске», он пишет эпические образы родной природы («Изба на пригорке», «Вид на Зигальгу с горы Иркустан», «На горе Таганай. Замшелые камни») или добивается точной передачи световоздушной среды («Первый снег», «Камни у воды», «Март. Лунная ночь»). 

Уроки Туржанского и Слюсарева влияют на творческое становление Виктора Зинова (1908 – 1991). В натурном этюде «Пионерка» молодой художник уже демонстрирует желание добиваться колористической выразительности и «правды тона». 

Пейзаж стал своеобразной «отдушиной» для уральских художников в это сложное для изобразительного искусства время. Этот жанр, наиболее развитый в уральском искусстве 1920-х – 1930-х гг., позволял многим на время «улизнуть» от социального заказа. Неисчерпаемое разнообразие сюжетов, тем, состояний позволяло экспериментировать с цветом и композицией, работать в различных техниках и приемах. Несомненно, что именно пейзаж во многом спас уральскую живопись, сохранив художественные традиции и дух творчества для последующих десятилетий.